Интервью гонщика Александра Золотаря: «Автоспорт – это творчество»

Александр – мастер спорта, многократный чемпион России по ралли. Международное признание Золотарь получил, став первым петербургским спортсменом, допущенным до Чемпионата Европы. Отдельное уважение вызывает «народное» происхождение гонщика: автоспорт требует больших затрат, поэтому на плечи спортсменов без сверхдоходов ложится множество трудностей, связанных с поиском спонсора. Александр рассказал Piterstory о своей карьере, планах на будущее и спортивных суевериях.

Как Вы попали в автоспорт? В каком возрасте это случилось?

- Началось все 20 лет назад, в 1992 году. Мне тогда было 10 лет, и я увидел какой-то итальянский фильм, уже не вспомню название, в котором главным героем был автогонщик. Фильм- то, конечно, был про любовь, но поскольку я был мальчишкой, обратил внимание только на машины и профессию персонажа. То есть для меня это фильм был отнюдь не про любовь, а про гонки. И вот переклинило меня – хочу быть автогонщиком. И баста! Но почему-то мне казалось, что для осуществления мечты нужно ждать, что автоспорт – удел взрослых мужчин в кожаных куртках и с трехдневной щетиной. Но через пару лет я понял, что я уже могу что-то сделать. Ну, а дальше все довольно просто: нашел секцию картинга, записался, начал заниматься.

Часто приходится слышать упреки близких, просьбы оставить автоспорт и найти себе «нормальную» работу?

- Да! Особенно про «нормальную работу». У родителей иные взгляды на жизнь: отец – инженер, окончил Политехнический университет, всю жизнь честно проработал на заводе, прошел большой карьерный рост. С матерью они познакомились в институте. И, конечно, они хотели видеть меня «нормальным» человеком: работа, семья, снова работа. Но вот только у меня все пошло не по плану.

А друзья как относятся к Вашей профессии?

- Все мои друзья – единомышленники. Так уж вышло, что мое окружение сменилось после того, как я пришел в автоспорт. И сейчас рядом со мной те, кто полностью разделяют мои интересы.

На Ваш взгляд, автогонщик должен обладать какими-то особыми личностными качествами?

- Мне кажется, что всех спортсменов объединяет не определенный склад характера, а наличие комплексов. Ведь именно они заставляют двигаться вперед. Нет комплексов – нет мотивации, стимула. А без них в большом спорте далеко не уедешь.

Вы занимаетесь различными автодисциплинами: ралли, картинг, автокросс. Которой из них планируете заниматься дальше? И какая приносит наибольшее удовлетворение?

- Как уже говорил, начал с картинга, которому я посвятил 8 лет. Затем 11 лет занимался классическим ралли, а сейчас увлекся автокроссом. Это был абсолютно осознанный переход: автокросс – некая смесь из ралли и картинга. Ощущения непередаваемые. Есть еще один нюанс: в последнее время в мировом спорте наметилась тенденция к снижению автомобильных мощностей. Делается это из соображений экологии. Автокросс умудряется сохранять за собой права на высокие скорости и большие мощности, что мне, как спортсмену, очень нравится.

1 июля в Чехии состоялись гонки, и Вы были анонсированы как участник. Как прошли эти соревнования?

- Я не принимал в них участия. Если в двух словах – мы решили отказаться от чешских соревнований, для того чтобы лучше подготовиться к Чемпионату Европы.

А какие требования выдвигаются к участнику Чемпионата Европы?

Необходимо предоставить два документа: лицензию пилота и разрешение от Российской Автомобильной Федерации. Для того чтобы их получить, нужно соответствовать ряду критериев, в числе которых – достойный результат на чемпионате России.

Автоспорт требует больших материальных затрат. Расскажите, как обстоят дела со спонсорством?

- Очень плохо. В России, кто бы что ни говорил, деньги есть. Причем немалые. Проблема заключается в том, что в законах не прописан такой вид деятельности, как спонсорство. Это создает бумажную волокиту и увеличивает затраты. Человек может и готов помочь, но при этом не понимает, почему он должен платить государству 27% за то, что поддерживает развитие национального спорта. Так что трудностей с поиском спонсора хватает. Одно время нас поддерживала одна логистическая компания, а сейчас – мы в активном поиске спонсора.

Ваш международный дебют состоялся на соревнованиях в Латвии и прошел неудачно. Но вскоре после этого вы взяли реванш на гонках в Германии. Преследовал ли Вас страх неудачи, и если да, то, как Вы с ним боролись?

- Не было никаких навязчивых мыслей. Дело в том, что в Латвии меня подвела техника. Обидно, но не смертельно. Это как в скачках – нельзя винить жокея в том, что он пришел к финишу последним на хромой лошади. Я не раз сталкивался с техническими сходами, так что никаких особых страхов после неудачи в Латвии не испытывал.

А к спортивной машине Вы относитесь как к техническому средству, или имеет место личная привязанность?

- Конечно, есть некая связь с автомобилем, на котором ты гоняешь. Имена машинам не придумываю и фотографии их по всей квартире не вешаю. Но небольшая нотка суеверности все равно присутствует.

Кстати, про суеверия. У автогонщиков есть какие-то свои особые приметы?

- Есть некоторые. Спортсмены вообще крайне суеверны. Например, перед гонкой нельзя ничего ставить на крышу автомобиля. У меня в жизни был период, когда я настолько прислушивался к приметам, что мог не выйти на старт, если дорогу перебежала черная кошка. Но в какой-то момент я понял, что хватит.

А Вы как-нибудь настраиваете себя перед гонкой?

- Да, куда без этого. Самое главное – положительный настрой. Если выходишь на старт с положительным настроем, гонка пройдет на ура. Еще для меня очень важно, чтобы нравилась трасса.

А что можете сказать о Петербурге? Есть ли в нашем городе возможности для автоспорта?

- Сказать, что Петербург абсолютно не приспособлен для автоспорта, нельзя. Но есть две проблемы: во-первых, у нас нет достойных трасс, на которых можно было бы тренироваться. Во-вторых - нет машин, сопоставимых по техническим характеристикам с европейскими. А автомобилей класса superbuggyни в России, ни в Петербурге вообще нет.

А какие мысли о будущем? Рассматриваете возможность тренерской карьеры?

- Думаю, нет. Не вижу себя в тренерской карьере, хотя, может, придется этим заняться. Я хотел бы всю жизнь заниматься гонками. Это мне нравится, моя голова для этого заточена. Возможно, в дальнейшем снова сменю вид автоспорта, и даже не раз.

Скажите, есть какой-то определенный возраст, в котором лучше приходить в автоспорт, если хочешь достичь профессиональных успехов?

- Ну, успех – понятие растяжимое. Есть уровень Чемпионата Европы, а есть – гонки Формулы-1, и они кардинально отличаются друг от друга. Конечно, как и в любой другой спорт, в автокросс лучше приходить молодым. Чем раньше – тем лучше. Но стать, например, Чемпионом Европы лет в 40 – вполне реально. Другое дело, что стать чемпионом и начать тренироваться – разные вещи.

А где обучают автоспорту? Есть какие-нибудь курсы, секции? Куда можно обратиться?

-Нигде. Есть автошколы – но там учат водить машину, не более. Если человек хочет стать профессиональным гонщиком, у него только два пути: искать тренера в частном порядке, либо заниматься самостоятельно. Как правило, эти способы комбинируют. В любом случае, без упорной индивидуальной работы – не обойтись.

P.S. – Немного грустно становится от того, что человек, который вкладывает в свою профессию столько сил, времени и нервов, не находит поддержки. К сожалению, государство не в состоянии финансировать гонщиков, представляющих Россию на международном уровне – слишком велики расходы. И с частными спонсорами тоже беда – накладно переплачивать 27% в казну за право помочь кому-либо. Остается полагаться исключительно на свои силы, что Александр и делает. Но этого явно недостаточно, по крайней мере, для такого затратного вида спорта, как автогонки. Поэтому на данный момент Золотарь находится в активном поиске спонсора, готового оказать финансовую поддержку.

Интервью предоставлено журналом Piter Story: www.piterstory.com